С ЮБИЛЕЕМ, АЛЕКСАНДР СЕРГЕЕВИЧ!!!

С ЮБИЛЕЕМ, АЛЕКСАНДР СЕРГЕЕВИЧ!!!НАРОДНЫЙ АРТИСТ
Александру Сергеевичу ГОДАНОВУ – 75!

У сегодняшнего юбиляра есть всё, за что человека любит сцена: пушкинские имя и отчество, звучная фамилия, «особые приметы» – элегантная долговязость, приправленная легкой чудаковатостью, и фирменное грассирование. А еще безграничная тяга к творчеству, которая для Александра Годанова – представителя славной когорты звёзд железногорского Дворца культуры – стала смыслом жизни.


Кавээнщик, поэт, конферансье, режиссёр, сценарист, художественный руководитель ДК, создатель Театра эстрадных миниатюр, он давно снискал любовь зрителей и уважение коллег по цеху. И главный секрет такой популярности, на наш взгляд, не только в обаянии и таланте, хотя и того и другого имениннику отмерено с лихвой. Просто Годанов – человек добрый, а доброта – естественный магнит, который притягивает и не отпускает.

Мы поздравляем Александра Сергеевича с юбилеем в три четверти века и публикуем один из его увлекательных рассказов – о времени и о себе, о пути из физиков в лирики и о родном ДК, на сцене которого ему всегда легко дышалось и творилось.

Александр ГОДАНОВ: «Мы начинаем КВН!»
– В феврале 1965-го я, восемнадцатилетний выпускник Пермского химико-технологического техникума, вместе с однокашниками приехал в Красноярск-26. Был принят техником КИПиА на обогатительную фабрику – так тогда назывался горнорудный завод ГХК. И вскорости вызывают нас, молодых специалистов, на так называемый четырехугольник, состоящий из начальника цеха и секретарей общественных организаций: партийной, комсомольской, профсоюзной. Чтобы, так сказать, изучить вновь прибывшую на производство молодежь при ближайшем рассмотрении.
– В художественной самодеятельности участвовали?
– Ну да. Только больше КВН нравится.
– Кавээна у нас нет. Но есть хор!

Вышли мы с собеседования с единым мнением – в хоре мы петь не будем! А почти в это же время из Львова приехал молодой инженер Леонид Безнос. Увидел наши кислые физиономии и говорит:
– Ребята, давайте создадим свой театр эстрадных миниатюр! Я сам не артист, но организационный опыт имеется.

С Театром миниатюр тогда не вышло, но агитбригаду на комбинате мы создали достойную! Начинали со студенческих сценок, потом плотно перешли к сатире и на ней сосредоточились. Нас даже в какое-то время упрекали за ее избыток, но при этом хвалили – а сатира-то у вас, ребята, на уровне! Мы чехвостили несознательных на производстве, пробирали не только своего брата, но и замахивались на руководящее звено. Выходили с критикой на городской уровень. Да и выше забирались – ничего не боялись. Глаза горели, остроумные репризы – школа КВН! – выдавали на-гора потоком.

Еще в Перми я занимался в школьном театре. И уже тогда заболел этим искусством на всю оставшуюся жизнь... Ходил во Дворец культуры на репетиции народного драматического театра. Смотрел завороженно, как работают на сцене Борис Петров, Анатолий Шатов, Зоя Жильцова, Маргарита Арянова. Помню, как сидел на репетиции спектакля «Круглый стол с острыми углами» по пьесе Сергея Михалкова... И мечтал сыграть на этой сцене. А мечты – они же для того и существуют, чтобы сбываться.

В 1967 году прекратил свое существование городской драмтеатр. И его руководитель Александр Соловьев, дабы не оставлять театральные подмостки, сколотил во Дворце культуры агитбригаду. В ее составе мы с сослуживцем Анатолием Сорокиным разыгрывали сатирический фельетон в стихотворной форме «Джонни в Сайгоне». Я играл американского паренька Джонни, Толя – дядюшку Сэма. Это было злободневно – тогда как раз американцы вели войну во Вьетнаме, и все прогрессивное человечество протестовало по этому поводу.

Потом меня пригласил в свой спектакль «Военная тайна» по повести Гайдара Геннадий Иванович Нефедов, в то время руководивший Театром юного зрителя. Мне досталась роль отца. А самое главное, что на этом спектакле я близко познакомился с Сергеем Коровиным, Михаилом Зарайским, Женей Шерстневым, Володей Цыпленковым – яркими артистичными личностями.

В 1967 году начался расцвет КВН. Клуб веселых и находчивых в корне отличается от агитбригады, где мы были исполнителями уже существующих номеров. А КВН – это импровизация, здесь все надо придумывать самим! КВН был настолько популярен тогда в стране, на телеэкране, что естественным образом пророс во всех отделах, цеха, подразделениях ГХК.

Я был избран капитаном команды горнорудного завода. Мы сражались с подразделениями комбината в актовом зале заводоуправления. В первую же игру дошли до финала, где должны были встретиться с командой гидрометаллургического завода, прежде разгромив на голову команды УРСа и ОПВС.

Но финал мы тогда продули. Однако нацелились на матч-реванш. Нас даже освободили от работы, понимая важность политического момента! У нас был свой художник Самойлов, с нами уже выступал Толя Шатов. В результате мы взяли реванш! И тогда же была сколочена сборная ГХК. Финальные игры проходили на сцене Дома культуры. Городские чемпионаты КВН сотрясали Красноярск-26 с 1968 по 1971 годы. Постепенно кавэновское движение сошло на нет, возродившись со временем, но уже в другом качестве...

В 1975 году, к 30-летию Победы над фашисткой Германией, силами трех городских театров – ТЮЗа «Современник», народной драмы и оперетты – в ДК начались репетиции спектакля «Молодая гвардия». Я собрался духом и пришел, как теперь говорят, на кастинг. Сидят три режиссера: Зоя Жильцова, Маргарита Арянова, Кожушкин. И я в слабой надежде, что дадут сыграть хотя бы полицая или немца какого, вдруг слышу, как Зоя Алексеевна говорит:
– Смотрите! Это же вылитый Земнухов!

Так я стал репетировать Героя Советского Союза, молодогвардейца, комсомольца Ивана Земнухова. Гордился этим бесконечно! И понимал, что надо соответствовать образу. Просиживал часами в библиотеке, поднимал все материалы по Ване, чтобы понять, как он говорил, ходил, мыслил... Моими соратниками-молодогвардейцами по сцене были Сережа Коровин в роли Олега Кошевого, Сережа Зыкин, который играл Сергея Тюленина, Лиля Серебренникова-Шатова в роли Ульяны Громовой. В спектакле были заняты порядка пятидесяти человек. Это была грандиозная постановка! Зал рыдал, когда нас, молодогвардейцев, сбрасывали в шахту... Равнодушных не было! Я уверен, что этот спектакль помнят многие горожане.

В 1978 году худрук ДК Эмма Николаевна Муратова поставила передо мной задачу – создать большое театрализованное представление к 60-летнему юбилею ВЛКСМ. Я взялся! В результате получился грандиозный спектакль со множеством режиссерских находок. Девушка в белом платье и каске шла между рядами, а в каске горел огонь! Ленин в исполнении Бориса Тимофеева с балкона-«ласточки» начинал свою знаменитую речь на III съезде РСДРП, а потом спускался и через весь зал шел к сцене! Сейчас невозможно представить те эмоции, которые царили в зале! И даже строгий председатель профкома ГРЗ Стафей Петрович Обрубов после концерта одобрительно крякнул: «Ну, Годанов, Тамбов такого не видал!»

А в 1991 году меня официально приняли в штат Дома культуры – уже с дипломом Кемеровского института культуры по специальности «режиссер массовых мероприятий». Так что ДК для меня – и божество, и вдохновенье, и жизнь, и слезы, и любовь. В точности как у классика...